Медицинский портал

Врачи-онкологи очень часто стараются до последнего момента не сообщать больному раком его истинный диагноз, либо сознательно смягчают его? Потому, что боятся.

Боятся за больного — что он сойдет с ума, умрет от инфаркта, сляжет с клинической депрессией. Правда для онкологического пациента может оказаться хуже метастазов, пишет Pravda.ru

Если лечит раковые заболевания современная медицина все успешнее, то предупредить, допустим, самоубийство, возникшее на почве канцерофобии, пока не в ее власти.

Так в одной из московских онкоклиник, доктор, внимательно присмотревшись к пациенту, который производил впечатление спокойного, уверенного и уравновешенного человека, сообщил ему о грозном диагнозе.

Мужчина несколько погрустнел, выслушал рекомендации, взял направление на дополнительные анализы и на госпитализацию, поблагодарил врача, вышел в коридор и? выбросился в окно с третьего этажа прямо на асфальт.

Но с другой стороны, если врач скроет от больного истинный диагноз, то тот вполне может отказаться от лечения в онкологической клинике. Треть раковых больных в России сегодня так и поступает — отказывается от радикального лечения.

В то же время, представители деликатнейшей области онкологии — детской — настаивают на том, что их юным пациентам надо сообщать истинный диагноз. В этом случае, как отметили сотрудники Российского онкологического научного центра им. Блохина, дети легче переносят тяжелое лечение и лучше взаимодействуют с врачами.

О том, что от рака можно умереть, знают решительно все. А о том, что сотни женщин после излечения рака матки родили здоровых детей, информированы лишь специалисты. Между тем, в России давно и успешно лечат рак щитовидной железы даже на запущенных стадиях. Вообще, злокачественные новообразования на I и II стадиях излечиваются в 90% случаев с сохранением высокого качества жизни.

Правда, тем, кто впервые услышал слово ?рак? в отношении собственной персоны, от этого не легче. Страшное известие действует почти на всех одинаково: почти у половины развивается глубокая депрессия. Человек подсознательно начинает искать виновного в том, что заболел именно он. И находит! Как правило, в ближайшем окружении: в семье или на работе.

Гораздо реже винит самого себя. Потом наступает вторая фаза реакции. Отчаяние сменяется надеждой: человек либо перестает верить, что у него действительно рак, либо, напротив, без остатка доверяется лечащему врачу, уповая на возможности современной медицины.

Психологи называют это ?охранительным торможением?. Именно оно часто становится последним прибежищем безнадежных больных. И врачебная ?ложь в успокоение? превращается в вариант святой лжи ?во спасение?.

Еще Гиппократ говорил, что лечение будет иметь успех лишь в том случае, если пациент доверяет врачу. Спору нет: больной в буквальном смысле доверяет врачу свою жизнь. У него просто нет другого выхода. Но доверяет ли врач пациенту?

В США от сокрытия точного диагноза онкологическим больным отказались в начале 50-х годов. Мнение врачей при этом если и учитывалось, то в самую последнюю очередь. Американцы руководствовались следующим соображением: пациент имеет право решать не потому, что его решение более разумно, а потому, что это его решение . Выберет он жизнь или смерть — это его выбор. Ему и отвечать.

Как ведет себя онколог в Европе или США? Приглашает к себе пациента, причем иногда не одного, а с близкими родственниками, и говорит примерно следущее: ?Не пугайтесь, но у вас рак. Лучше всего немедленно сделать операцию. Есть альтернативные варианты: химиотерапия, лучевая терапия. Эти мероприятия обеспечат вам 10 лет качественной жизни. Операция стоит столько-то, терапия ? столько-то. Выбирайте…?

По сути, это разговор двух деловых людей — продавца и покупателя медицинских услуг. Пусть даже предмет сделки — здоровье и жизнь одного из них, переговоры проходят в деловой обстановке без обмороков и заламываний рук.

А что же у нас? В советской медицине диагноз онкологического больного скрывали как военную тайну. Свои резоны в этом были: знаешь ты, что у тебя рак или не знаешь, все равно лечить тебя будут как положено.

Сегодня единого подхода к вопросу о том, ?как положено?, в России нет. Врачи долго, внимательно приглядываются к пациенту, прежде чем рискнут раскрыть хотя бы частично тайну его болезни. К сожалению, пациенты, сами часто не готовы принять правду о себе. Видимо, наши врачи все же лучше знают нашу ментальность и… жалеют нас.

www.medinfo.ru

Для Александры Шеллер, психотерапевта и директора терапевтических программ «Ступеней», работа с пациентами центра – всегда экзамен. Добиться желаемого – подсказать человеку путь, которым можно уйти от зависимости, да так, чтобы он обязательно тебя услышал, – дело непростое. Зато и результат впечатляет.

Одна из тех, кто преодолевает этот нелегкий путь – Татьяна из Умани. Молодая симпатичная женщина приехала в Киев уже закоренелой наркоманкой, здесь узнала, что ВИЧ-инфицирована. Стала на учет в одном из диспансеров, где впервые услышала о реабилитационном центре «Ступени». Благодаря Международному глобальному фонду, который финансирует лечение людей с двойной проблемой (наркомания-ВИЧ), Таня попала в центр.

– Впервые я попробовала наркотики, когда еще не было 17 лет, – рассказывает Татьяна. – Через год вышла замуж и «завязала». Но спустя еще три года брак стал рушиться, я уехала от мужа и снова стала употреблять наркотики. Это длилось месяца два, пока не узнала, что беременна. Из-за страха за ребенка снова перестала колоться, но только отняла дочку от груди, как стала наверстывать упущенное, и за год скатилась на самое дно. На этот раз вытягивали родители.

Татьяна устроилась на работу, но вскоре снова начала опускаться вниз по наклонной. Казалось, из замкнутого круга выхода уже не будет. Но сегодня, спустя четыре месяца и две недели пребывания в реабилитационном центре, молодая женщина совсем другого мнения о своем будущем.

Для родственников – отдельная программа

Татьяна, как и большинство ребят, которых мы застали в тот день в центре, решилась на курс реабилитации после того, как осознала, что дошла до точки. Многие из пациентов пришли сюда с близкими родственниками. Людьми, которые зачастую нуждаются в психотерапевтической реабилитации не меньше, чем сами пациенты.

– Близкие первыми собирают горькие плоды болезни родных, – рассказывает Александра Шеллер. – Специально для родственников наркоманов и алкоголиков в центре проводят образовательные программы. Тут же собираются группы самопомощи.

Возвращать к жизни самих подопечных приходится долго. Интенсивная реабилитационная программа длится несколько месяцев. После этого пациентов постепенно подключают к волонтерской деятельности, они сами начинают помогать адаптироваться к новой жизни тем, кто только пришел.

В «Ступенях» используют международную программу «12 шагов». Еще в 30-х годах прошлого столетия основные постулаты ее изложил основатель общества анонимных алкоголиков американец Билл Уилсон. Сегодня в Америке «12 шагов» – государственная программа, которую используют для лечения не только от химической зависимости.

Первый год осваиваем 3 шага

– Самое тяжелое для ребят – это сделать первый шаг – признание, – рассказывает Александра. – Звучит он так: «мы признали свое бессилие перед наркоманией, признали, что наши жизни стали неуправляемы». От человека требуется сознаться себе самому, что самостоятельно справиться с проблемой он уже не в состоянии, хотя, как показывает практика, зависимым людям почему-то всегда кажется обратное.

Суть второго шага – обратиться за помощью. Третьего – уметь ею воспользоваться. То есть полностью довериться специалистам и не пытаться контролировать результат их работы. На путь в эти три шага психотерапевты отводят пациентам почти год.

И наркомания, и алкоголизм – хронические заболевания, которые могут давать рецидивы в течение всей жизни. Поэтому готовность просить о помощи должна не просто войти в привычку, а усвоиться на уровне рефлекса.

К последнему шагу программы обычно подходят люди, которые уже имеют достаточно большой опыт трезвости и готовы помогать тем, кто еще страдает.

Познать себя

Программы в центре начинаются рано утром, когда в комнате для занятий собирается «малая группа» – 10–15 человек. Это ребята, которые находятся на стационаре (те, кто только пришел), а также те, кто приходит на дневной стационар (домой попадают только на ночь).

Усевшись в кругу, они внимательно слушают психотерапевта, отвечают на его вопросы, иногда смеются, иногда плачут. Занятия в группе проводятся в два этапа по 45 минут с 15-минутным перерывом. Как правило, первая часть посвящена наиболее значимым переживаниям членов группы. Вторая – обычно тематическая, к примеру, обсуждение 12 шагов.

В киевском реабилитационном центре освоили массу методик. Для коррекции мышления и поведения человека применяют когнитивно-поведенческую терапию, арт-терапию и многие другие. Больше всего пациентам нравятся тренинги, которые направлены на релаксацию, на осознание самого себя, на сплочение группы. Последний проходит примерно так: один человек садится на «горячий стул» и каждый член группы, к примеру, говорит, что ему в нем нравится или не нравится в поведении этого человека.

– Есть тренинги, которые составляют сами специалисты центра, исходя из специфики заболеваний, – говорит Александра Шеллер. – Например, тренинг на систему ценностей. В основном практикуем групповые занятия, хотя с пациентами много работают индивидуально.

Кроме упомянутых двух стационарных групп, есть пациенты, которые приходят в центр в 12 часов дня, есть и те, кто приходят на пять часов вечера. Пациенты с более солидным стажем трезвости приходят на программы сначала 3 раза, а потом и 1 раз в неделю. Весь курс реабилитации длится примерно полгода. Каждый вид программы – минимум 28 дней.

Бюджет платит за 4 места в месяц

Попасть в РЦ «Ступени» может каждый, у кого есть желание прекратить употреблять наркотики. Центр существует благодаря международным донорам и благотворительным организациям (Всеукраинской сети людей живущих с ВИЧ и др.), благодаря бюджетным средствам – Киевская горадминистрация оплачивает 4 места в месяц, а так же благотворительным взносам физический и юридических лиц.

После лечения ребят обычно направляют в сообщество анонимных наркоманов, которое действует в Киеве уже 15 лет. Там собираются люди, у которых есть длительная ремиссия (годы неупотребления) и которые всегда готовы помочь друг другу.

www.pk.kiev.ua

Великобританские ученые считают, что появление микроволновок во много предопределило развитие мировой эпидемии ожирения в развитых странах.

Профессор Джейн Уордл сопоставила время начала массового ожирения среди европейцев и американцев со временем появления микроволновых печей и продуктов быстрого приготовления.

Все это произошло в начале 80-х годов, а точнее после 1984. С этого момента микроволновые печи прочно вошли в обиход многих семей. В середине 80-х также появился первый фаст-фуд.

Это одна из трех теорий, которые осуждались на научном съезде в Челтенхеме.

В 1980 году количество страдающих ожирением было 6% среди мужчин 8% среди женщин. В 2004 году эта цифра уже составляла 24%.

Среди детей картина также ухудшилась: в 1995 году были полными около 10%, в 2003 уже 16%.

Эксперты считают виновными в развитии такой ситуации диету с высоким содержанием жира и углеводов и низкую физическую нагрузку. Предыдущие поколения ели гораздо более калорийную пищу, однако характер их труда предполагал большие энергетические затраты.

Пусковым моментом эпидемии стало упрощение готовки и экономия времени за счет использования более калорийного фаст-фуда и микроволновых печей.

«Я не стараюсь демонизировать микроволновые печи,- говорит профессор Уордл,- однако их появление стало знаковым событием в изменении культуры питания.»

Две другие теории винят в развитии таких событий появление супермаркетов и окончание Второй Мировой Войны, с которым механизация пришла не только в технологические процессы, но и в повседневную жизнь простых людей.

www.medicinform.net

Европейские ученые продолжают спор о том, полезен ли бурный секс для организма. По мнению одних исследователей, он вызывает неблагоприятные последствия. Другие же считают, что секс «на скорости» укрепляет здоровье и продлевает жизнь.

Немецкие специалисты объясняют, что сексуальная гиперактивность приводит к мигреням и проблемам с давлением. Они считают, что возбуждаться нужно постепенно, а не в считанные секунды, чтобы избежать стресса для организма.

Эксперты Мюнстерского университета отмечают, что от резкого сексуального возбуждения происходит скачок артериального давления, которое во время оргазма так же резко падает. Это крайне неблагоприятно сказывается на состоянии сосудов, которые становится чувствительнее к перепадам давления.

А вот американцы лучше относятся к «скоростному» сексу. Они рассматривают его как вид фитнеса, а ведь, как известно, «движение – жизнь». Солидарны с американскими учеными нидерландцы, которые ранее привели доказательства лечебного воздействия секса. Проведенные ими эксперименты показали, что некоторые позы способны излечивать партнеров. Например, миссионерская поза снижает у женщин симптомы простуды. Для мужчин же наиболее полезно, когда женщина сверху.

http://www.myjane.ru